Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных

Нечто вроде рабочей мастерской.
Творчество и иже с ним.
URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
15:26 

Знаешь, Кай, твоя Герда вчера умерла.
Передоз, остановка, дефибриллятор...
От нее лишь остались два белых крыла
На глазах ее - лед, на губах ее - сахар.

Помнишь, Кай, как дарил ей весною цветы?
Помнишь, летом катались на лодке по Темзе?
Помнишь, осенью вдруг перешли с "Вы" на "ты",
А зимой ты ушел к своей снежной принцессе.

Королеве? Прости, разве суть так важна?
Ты сидишь у подножья великого трона.
И из кубиков льда, от озноба дрожа,
Все не можешь собрать это глупое слово.

С каждым днем ты все больше похож на нее.
С каждым днем сволочнее ты, гаже и жестче.
Твоя Герда теперь не стирает белье,
Облака в синеве небес тихо полощет.

Королева молчит, улыбаешься ты.
Она рада, что эту игру начала.
Ну а Герде никто теперь не дарит цветы...
Знаешь, Кай, твоя Герда вчера умерла.

@темы: стихи

03:13 

Холод в пещере темной, снег на Луну ложится.
Хотела я быть веселой, хотела опять влюбиться,
Да лишь расшатала нервы. И страх завывает волком.
Хотела в себя поверить, но не нашла в том толку.
Осень, темнеет раньше, и за оконной рамой
Тает окурок Солнца. Я упиваюсь драмой
Собственной, что покрепче. И укрываюсь пледом
Пусть он спасет от грусти и потемневшего неба.
Что-то то со мной случилось. Может быть стала старше,
Может быть лишь свалилась с очередной вниз башни,
А может быть проиграла очередное счастье?
Лучше не верить в чудо, надежней принять причастье.
Надежней укрыться пледом, залить мысли крепким кофе,
Закуривать сигарету, читая чужие строфы.
Холод в пещере темной, пусто в моей квартире.
Все, что со мной происходит, бывает со всеми в мире.

@темы: стихи

11:31 

Осень

Осень ступает тихо на мягких лапах,
Тихо плетется, мучается кашлем.
Она не знает, что все это слишком просто,
Она не знает, что все же будет дальше.

Осень пьет анальгин не считая дозы,
Дрожащей рукой проливая пол стакана.
Она зовет, но кого? Никто не спросит.
Она кричит, но кому-то и этого мало.

Осень курит взатяг и те, что покрепче.
Дым выдыхает облачком в сумрак улиц.
Она когда-то была настоящей леди.
Она когда-то руками ловила пули.

Осень плачет тихонько в промокшем парке,
Листья как слезы застят глаза пеленою.
Осень жалеет о том, что было вчерашним.
Она еще помнит, как когда-то была весною.

@темы: стихи

18:54 

Спасибо вдохновителям. Еще один отрывок из романа.

18 марта 1920 года.
город N. Сибирь.

Наверное, это последнее, что я пишу в своем дневнике. Сегодня за окном особенно пасмурно и падает противный мокрый снег. Я, не без страха, осознаю, что через несколько дней мне не исполнится 32 года. Я знаю, что именно не исполнится. Это страшное предчувствие, как ни абсурдно, приносит мне некое облегчение. Я устала. Ужасно устала за последние три года. Словно меня закрутило жутким вихрем и никак не отпустит. Поезда, фальшивые документы, потертая, но теплая шинель с чужого мужского плеча. Смерть, огонь и хаос вокруг. Постоянные разлуки... И даже если я и выгляжу сильной, это неправда. Что-то во мне сломалось в тот самый момент, когда нас привели в этот дом. Наверное, я сразу поняла, что это последнее, что еще может случится с нами.
Мы с Костей живем в небольшой комнате, где вместо кровати несколько матрацев, с потолка падает штукатурка, а на обоях грязные разводы потому что крыша постоянно протекает. Окна у нас выходят во двор, грязный и страшный двор. Я не скучаю по былой роскоши, и даже привыкла, что эти люди обращаются к нам так, как им вздумается. Просто, видимо, не так я себе представляла свои последние дни.
Иногда мне кажется, что после нас мы не оставили вообще ничего. Единственный ребенок наш умер сразу после рождения, мои родители с младшей дочерью Ольгой наверняка уже уехали во Францию, брат мой погиб от рук матросов еще в 1918 году. У Кости тоже никого, кроме меня, не осталось. Но это так удачно сложилось, что эти последние дни нашей жизни мы проводим вместе. Костя пытается делать вид, что все в порядке. Читает книги, которые каким-то чудом оказались в этой Богом забытой дыре, вечером мы вместе пьем чай и разговариваем о всяких глупостях. Только по его вечно напряженному взгляду и так рано поседевшим волосам можно понять, что же на самом деле с нами происходит. Костя ни разу не упрекнул меня в том, что я начала курить и даже пью водку, хотя это практически немыслимо для женщины из княжеской семьи. Он слишком многое мне прощает. И даже то, что я не уехала вместе с семьей, что осталась здесь, отправилась в опаснейший путь... Но я вижу по нему, что он больше всего на свете хотел бы не видеть меня здесь и сейчас. Только нам уже ничего не изменить.
Я не жалею ни о чем в своей жизни. Хотя бы потому что сделала все, что было в моих силах. В жизни своей я дала две клятвы: что буду верна своему мужу и своему Отечеству. И Богу, пред ликом которого я клялась, не в чем меня упрекнуть. Я все еще, пусть наивно, но свято верю, что эти люди рано или поздно опомнятся, склонят головы пред Ним и пред памятью своих погибших соотечественников, что поймут наконц-таки что они натворили, и глубоко раскаятся. И никто не может запретить мне верить в это.
У меня заканчиваются чернила, и я слышу шаги по шаткой лестнице, а это значит, что Констанина ведут с очередного допроса. Сегодня они закончили рано, а это может означать лишь то, что у нас осталось совсем немного времени. И теперь я могу желать лишь того, чтобы наши потомки когда-нибудь нашли эти нескладные и обрывчатые записи, быть может они тоже внесут свою лепту в историю. Я хочу, пусть и на бумаге, пожелать счастья своим родителям, своей любимой младшей сестре Оленьке, всем людям в этой ошалевшей стране!
Нам всем суждено рано или поздно уйти, но не дано выбирать время. Мне кажется, что я уже ко всему готова. Но почему-то все равно страшно...


Константин, шатаясь, вошел в комнату и тут же осел на пол, прислонившись спиной к двери.
- Они просили передать, что у тебя все еще есть выбор.
Софья молча отвернулась к окну. Дрожащие пальцы нервно теребили край потертой шали.
- Ты же знаешь - нет выбора.
Константин тяжело вздохнул. В комнате повисла звенящая, невыносимая тишина. Непонятно откуда в это время года взявшаяся муха замерла на оконнном стекле маленьким черным пятном. Время словно замедлилось, стало вязким и тягучим, а воздух горячим и слишком влажным. Софья продолжала сидеть не шевелясь, разглядывая уставшее и посеревшие лицо мужа. Тот же наконец нашел в себе силы подняться. Он, шатаясь, прошел в угол, где стояли их чемоданы и принялся что-то искать. Наконец ему удалось вытащить свою парадную форму. Как же нелепо и странно она смотрелась теперь! Золотые погоны, ленты, весь этот блеск и величественность словно были гостями из какого-то чужого мира.
- Значит уже сегодня, - она даже не спрашивала, все было и так более чем понятно.
Костя обернулся к ней, подошел ближе, и вдруг упал на колени. Он схватил ее руку, да так сильно, что Софья чуть не заплакала.
- Откажись от меня, Сонечка! Я ничего уже не могу сделать, но прошу тебя, откажись! Может тебе даже удастся уехать к родным, ты будешь жить... Будешь жить, понимаешь?!
Софья невидящим взглядом смотрела на мужа.
- У тебя виски теперь совсем белые, - она ласково улыбнулась и присела на пол, напротив него. - Такие белые-белые, прямо как снег! Помнишь как мы ездили в Гельсингфорс и гуляли по зимнему лесу? А снег был такой белый... и солнце яркое, что глаза слепило. Помнишь, Костя? - она обняла его за шею, уткнувшись лицом в его плечо и все-таки заплакала. Это не слабость и не страх, просто сердце вдруг заболело и к горлу подступил неприятный ком. - Нас когда только познакомили, я тебя так сильно обижала! Ты прости меня, Костя, умоляю тебя! Я еще тогда совсем ничего не понимала, глупая была, прости меня, пожалуйста! А помнишь как мы венчались? У всех были такие серьезные лица, а мне все хотелось то ли плакать, то ли смеяться, уже и сама не понимаю. А потом я посмотрела на тебя и все поняла, я уже тогда поняла, что мы всегда с тобой будем рядом, чтобы не случилось. Вот так ведь и вышло, видишь? И закончится у нас с тобой все, как в сказке, умрем в один день...

Князь Уваров застегивал парадный китель, когда из старого потертого чемодана Софья достала единственное платье, которое ей удалось сберечь за все время постояных переходов и переездов. Роскошное серебрянное шитье на темно-синей ткани, корсет, расшитый жемчугом. Оно смотрелось здесь не более нелепо, чем парадная форма ее мужа. Софье вовсе не казалось все происходящие каким-либо позерством, но ей так не хотелось бы, чтобы она осталась лежать на грязном полу или мокрой улице в старой дырявой шали и заштопанной юбке.
Зашедший в их комнату солдат нескольку секунд не отрываясь смотрел на Константина и Софью так, словно они были каким-то экспонатами из Кунсткамеры.
- Вам, это... на улицу идите, - наконец изрек он и вышел.
Они медленно спустились по шаткой деревянной лестнице на первый этаж, а оттуда вышли на тихую улочку. Не было ни снега, ни ветра. Казалось, что погода застыла в ожидании бури.
- Идите туда, - тот же самый солдат махнул рукой направо.
Костя взял ее за руку и они медленно пошли по середине улицы, не оглядываясь. Каждый уже знал, что считать секунды бессмысленно. Там, за их спинами несколько человек передергивают затворы, вскидывают винтовки, целятся... И их совсем не волнует, что стрелять в спину подло, и что расстрел вообще производится по совсем другим правилам.
Они оба не знали, кого первого настиг горячий сгусток свинца. Но упали они оба, все так же держась за руки. Жемчуг на корсете окрасился в алый. Через секунду в городе N. началась гроза.

@темы: роман

18:36 

октябрь

Связь между мной и этим миром в конец расшаталась. Я требую сатисфакции, отопления и сигарет. А на нет, как все любят говорить, и суда нет.

Октябрь как-то незаметно слил в один стакан водку и слезы. В груди ком нереализованных желаний, и он не дает вздохнуть, продышаться. Готова смешаться с толпой, и толпа меня раздавит. Нет, эта осень меня не ранит, не давит на живое, ибо было бы на что давить. Настроение можно запить, закурить, заспать, задумать... Легче просто уйти, но быть слабой нынче не модно. Сесть в поезд до Гродно, Брюсселя или Мадрида. Выискивать среди сотен тысяч одно только имя. Поправлять очки, прическу, дыхание. В моем понимании брешь, в понимании меня - пропасть. Я, к сожалению, не похожа на тех, кто готов слопать все, без разбора. Или к счастью. На своей дороге каждый хозяин, и каждый сам себе раб. Можно вырваться из плена, пройти сквозь стену. Можно сотню тысяч разных дел!
Помнишь милый, как ты там когда-то что-то тоже пел, говорил, мечтал. Надежда нас покинула. И она такая же как и все - дура. Из моей гарнитуры разносится хрип и шелест. Это брак. Ее надо бы поменять, но мне так осточертело нести эту ношу! И я, пожалуй, сама себя брошу, чтобы не оставлять никому такой перспективы. Помнишь, я говорила тебе: "милый"?
А я не помню. И к черту не надо мне. Помнить - непозволительная роскошь, когда теряешь последние клетки нервные. Наше поколение бледное, замерзшее, чужое. Нам бы, может, хотелось покоя, но все уже продано. А вокруг отвечают на крик молчанием. С молотка уходит мое прощание. Не могу сказать вслух: "до свидания" и говорю - до встречи. Нас таких время уже не лечит, но лечит жизнь. Так что ты держись. Октябрь тоже когда-нибудь кончится. Потеплеют стены (главное, чтоб не мягкие), лица, слова, жесты... И на наше с тобою место придут более сильные. Пожелай удачи, помаши рукой. Мы уходим на новый этап, наше детство с тобой кончено.

00:25 

Dans ma ru

Dans ma rue il y a des femmes qui s' prominent
Et je tremble et j'ai froid et j'ai peur... (с)


Только осень. Только холодными пальцами прикуривать от уходящего лета. Эти женщины смотрят всегда вдаль. И зачастую не по погоде одеты. Столько гордости в злом шепоте: "Отпускаю". Столько боли в дрожащих как лист ресницах, но они глаз не опускают, лишь переворачивают страницу. И по вздыбленному асфальту, как по ковровой дорожке, стройно, эти женщины уходят с нами в навсегда остывшую осень.

Mais je n' peux plus, j'attends sans cesse que le bon Dieu vienne
Pour m'inviter à me réchauffer tout près de Lui for... (с)


С ними Бог. Улетающей в небо птицей, в никотиновых снах они мечтают лишь об одном: если б Ты мне позволил еще раз на свет родиться, я бы все, что было, не задумываясь повторила б вновь.

15:26 

В полумраке осеннем, под грязно-желтым фонарем Луны
Забывай меня бесконечно в пустых комнатах на Риволи.
Я исчезну снова, улечу птицей, скроюсь змеем,
Ну а ты полюбить другую сумеешь?
Другую, которая будет простой и доброй,
без жутких тайн за спиной и с сердцем холодным?
Другую, которая будет дома вязать носки.
Скажи, а ты сам не сдохнешь от этой тоски?

@темы: стихи

15:25 

Соленой каплей на полпути от уголка глаза... Тону.
Исписанных временем страниц - тонна. На глубину
не скрыться. Везде сонмы "рядом", "привет", "пока".
И болит голова от ветра и бессонной ночи.
А впрочем... Слишком много получается точек,
Читай уже, мать твою, между строчек
Я ведь так устала пытаться достучаться до тебя.

Легче существовать не любя, по прямой.
Всегда возвращаться домой, всегда застилать постель.
В холоде новостей видеть чужие глаза,
На небеса не смотреть, чтобы не оступиться.
Жить, умереть и сниться... Да было бы кому!
Очередную страницу порву, чтобы к концу возвратиться.

@темы: стихи

15:24 

Бессмысленных касаний забудь трепет и теплоту.
Я в который раз прохожу по одному и тому же мосту,
В мутной глади воды и неба выискивая слова.
Как сказать, что я снова не та,
Не картинка, не шифр, не загадка?
И что мне не приходится сладко.
Каждый день больно бьет по живому
Жизнь. Все по склону катись и катись.
От одного к другому.

То отчаянный крик: "Вернись" застывает у самых губ.
Меня вечность берет на испуг.
Не хватает твоих лишь рук.

Солнце вновь завершило круг. Или снова встали часы.
Механизмы моей души пора смазать, они ржавеют.
Добиваюсь одной лишь цели - не пойти ко дну.

Забываю когда дышу. Забываюсь я лишь под утро.
Пусто в комнате. И в сердце - пусто.

@темы: стихи

15:24 

У кого-то кольца на пальцах,
у меня лишь две недели солнца, запах скошенной травы на лугу.
Между нами протянешь руку, сядешь с краю, завоешь на Луну.

Я храню все твои улыбки.
Чтобы заново встретив обязательно узнать.
Не бросаю слова на ветер, не удержать.

Дышать ровно не научилась.
Вот потеря-то из потерь! Буду ждать, когда сонной кошкой
Постучится ко мне апрель.
Пережить бы зиму без боя.

Переждать бы хотя бы ночь!
Но пройти жизнь твоей тропою, ты прости,
Мне не в мочь.

@темы: стихи

15:23 

Он на воду смотрел.
Самолет пролетал над Парижем и изломанной линией разрисовывал облака.
Он на воду смотрел. И вода была ему ближе, как на зло, была в сотни раз ближе чем я.

Я живу как всегда.
Не меняется профиль с годами, разве что стала жестче, курю больше и крепче все пью.
И сменила блузок шелк с цветами на белый халат.
По ночам подхожу к окну.
Пишу тебе письма. И не отправляю. Звоню и молчу.

А вроде взрослые уже люди!
Почти семья. Почти вместе, но в последнее время все врозь.
Я могу лишь догадываться где ты сидишь часами.
Только, знаешь, в этом чертовом городе снова дождь.

Только, знаешь.. Я все-таки скучаю.
Не такая же черствая, как пытаюсь казаться!
И за глянцем работы и сна так боюсь оказаться избитой фразой - не подруга и не жена.
В пустой квартире всегда одна.

Он на воду смотрел.
Над Парижем сгущались тучи. Желтый свет фонарей на горизонте превращался в Луну.
Он на воду смотрел. Мне осталась надежда, что из этой воды я отражалась ему.

@темы: стихи

15:24 

У меня есть твои перчатки.
Две штуки. Кожаные. И пахнут лесом.
Смотрю на них - больно, выбросить - жалко.

Целовать, бы тебя, черт возьми, в губы!
И держаться за руки.
Замерзать бы с тобой за полярным кругом.

Увидеть бы только... Разве много мне надо?
В неуверенности страх грызет мою душу.
Я шепчу в темноту:

"Послушай. Я не дура, и перчатками меня не обманешь.
Я просто хочу тепла настоящего, а не от меха."
Грею руки у конфорки с газом и гашу сигарету.

@темы: стихи

15:25 

Ветер Провансальских полей

"А ты только живи, мне больше ничего и не надо" -
Шепчешь устами продрогшими, нервно кусаешь губы.
Каким бы ты был без меня? Счастливым? Не знаю.
Но ветер больно сушит кожу, а люди идут дорогой своей.
Вокруг нас - никого. Только целый мир ветра полей.

"Сильной умеешь быть, так научись же быть слабой" -
Голос твой еле слышен среди травы звенящей.
Солнце кроваво-красное сегодня взошло над Провансом.
Легким касанием нас теперь не разбудишь.
С шеи платок срывает очередным порывом.
Ты остаешься, по-прежнему, крайне милым.

"Лучше уйди сейчас. Позже, потом, возможно..." -
Я потеряла нить, слезам соленым время.
Сколько еще я смогу так прожить - не знаю.
Но удержаться на этом ветру не сумею.

Пепел в ладонях как знак, что пора очнуться.
Я говорила: "Сумасшедший! Себя пожалей!"
Но только в осени питерской мои волосы треплет
Все тот же самый ветер Провансальских полей.

@темы: стихи

22:08 

Да я же стервой быть не умею, простая девочка из второго подъезда. Подумаешь, до предела расшатаны нервы, подумаешь, что смотрюсь - будто бы овдовела. Во мне ведь ни грамма чужих аллегорий, я не умею придумывать себе сложные роли, зато умею молчать. Иногда писать стихи, иногда напиваться вдрызг. Исполню любой свой каприз. Вряд ли кто заметит, что я существую. Я даже почти не рисую, только грызу карандаши, комкаю бумагу. Отправляю маме телеграмму, мол, все Ок, я жива-здорова, провожу вечера под пожелтевшим кленом, курить не бросила, сплю, по-прежнему, мало. Не заплачу, но... прости меня, мама. Я выкроена не по лекалу. И от этого жизнь с каждым годом труднее. Три батареи в комнате - единственный источник тепла. Нет, мам, я вовсе не жалуюсь и с ума не сошла, просто осень прокралась в душу, пересушенную в "плюс сорок". И из самых темных задворок расползлась по ней. Я хромаю рифмой, впрочем, это всего лишь дело вкуса. А я до одури растворилась в мускусе и сандале своих желаний. Знаешь, мама, я скучаю по старой ванной, по обветшалой кухне, по деревянным ступеням. Тогда, наверное, можно было бы сделать несколько изменений и доказать всем мою теорему. А теперь поздно. Время безжалостно выталкивает меня в бездну. Двадцать два... До сих пор не подруга и не жена. Просто девочка. Из второго подъезда.

12:41 

Это слишком серьезный выбор, что просто, наугад, на удачу. Между нами - пропасть, и лидер будет всем, только ничего это, ровным счетом ничего не значит! Только между нами есть то, что времени неподвластно, этот Путь по прямой, но для нас он слишком опасен. Моя дорога устлана Светом, мелодией ветра, солнца. Я иду по ножам, зато идти по ним абсолютно не скользко. Нимба нет надо мной, это просто детская сказка, моя магия прорастет травой на земле, упадет с лица постаревшей маской. Ты - совсем другой, твоя Тьма поглощает время. Ты идешь вперед, под ногою твоей стремя из чужих надежд, из чужой любви и боли, но они для тебя ровным счетом ничего не стоят. И на этой войне так легко будет нам не проснуться. И остаться должен один, и один не обязан вернуться. На извечной войне идеалов, устоев, морали мы забыли давно, как друг друга по имени звали. По ту сторону баррикад от меня ты стоишь, преисполнен печали. Я не верю тебе, так учили, так мне завещали. Нельзя тайны открыть, нам нельзя потерять Равновесие. И нельзя говорить, никогда мы не будем вместе. Между нами - стена, между нами серое пламя. Чего стою сама и мой Свет, твоя Тьма, твое знамя? Почему лишь украдкой встречая рассвет и полночь, смотришь так, словно жить без меня не можешь? Почему я хочу посмотреть на тебя так же? Не смотрю, и молчу. Понимаю, что ты сам знаешь, как же много у нас того, что не стоит внимания. И того, что никто никогда не узнают сами. Тьма и Свет, хоть сто раз поменяй местами! Свет и Тьма - нет различий, и я это знаю. Между Светом и Тьмой, между мной и тобой - пропасть. И не сделать выбор, потому что выбора нет. В пропасть можно шагнуть, но обратно нельзя и точка. Между мной и тобой - день и ночь, война и последняя строчка из не спетой песни, из несказанного монолога. И затянется наша боль, зарастет травою немного. Заметет метель, запорошит, покроет снегом. Между нами то, о чем сказать никто не посмеет. Изначальной Силе не место там, где царит любовь. Просто вспомни об этом, когда мы встретимся вновь.

@темы: стихи

23:43 

lock Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
23:42 

lock Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
23:42 

lock Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
00:50 

С мурлыкающим рыжим котом

Там, где до невозможности сиреневое небо,
Где птицы-металлик разговаривают человеческим языком.
Ты будешь ждать меня, открыв нараспашку двери.
Ты будешь ждать меня с мурлыкающим рыжим котом.

Там, где желтые горы розовеют под взглядом заката,
Где вдалеке трубит горн, созывая патруль на сон.
Ты будешь ждать меня, как ждала тебя я когда-то.
Ты будешь ждать меня с мурлыкающим рыжим котом.

Там, где в снах нам видится долина Бартанга,
Хоть ее в и нет в нынешнем мире снов.
Ты будешь ждать меня, мешая кофеин с лимонадом,
Ты будешь ждать меня с мурлыкающим рыжим котом.

Когда меж райдерами кинут монетку,
И открывая "переход" мигнут мне вслед,
Перешагнув сквозь вихрь разверзнутой бездны,
Я обернусь в последний раз на этот свет.

Мне будет некому писать телеграммы,
И ничего, чтобы оставить на потом.
Ведь под сиреневым небом, не вдаваясь в подробности драмы
Ты будешь ждать меня с мурлыкающим рыжим котом.

13:54 

Шагнуть в эту бездну не так-то и просто,
Но и я смотрю вниз не смело, не робко.
Я чувствую кожей взгляд за спиной
И четко знаю, что будет со мной.

Шипами, иголками выстлано ложе
Твое, и с тобой мне понятно все тоже.
Ты пишешь кровью стихи, но я знаю,
Что стихи эти открывают путь к раю.

Мне больно читать их вслух, так похоже,
Что ты считаешься с этим, но все же
Попробую забыть, что нам было свято,
Попробую перечеркнуть канонаду

Твоих слов и мыслей, твоих изречений.
Мы любим жить так, что все без сомнений.
Мы любим страдать, любим что б свечи горели
И капал воск на обнаженное тело.

Пиши их громче, пиши их сильнее,
Кричи о них так, что б другие бледнели.
Я буду рядом когда-нибудь, может
И я слежу за твоей бледной кожей.

И я слежу за твоими глазами.
Мы две половины огромного края.
Мы части две, но мы так не похожи.
Но я - это я, и ты - это тоже

Та часть меня, что не знает упреков,
Та часть, что легко убивает тревогу.
Мы - целое, разве что в точке сойдемся,
Однажды забыв дышать вдруг обернемся

И все, что слепили из лжи и из боли
Вернется к нам в сто раз сильнее, и в крови
Твоей обнаружат взрыв лейкоцитов...
Мы жили, мы умерли. Наша сказка забыта.

@темы: стихи

Мастерская

главная